Дзержинск - город шахтеров

Сегодня: Четверг, 08.12.2016

О перегибах

Дата: 14.06.2016 Просмотров: 405 Блоггер tihon-skorbiaschy0

Рекомендуется к тиражированию.
Частенько рядовые шахтёры, да и не только они, порой, сетуя на свою судьбу-судьбинушку, говорят, мол, нам не повезло, оттого что мы родились не в то время, и не в том месте…
Услышав подобное мнение, можно лишь руками развести. Как это: «…не в то время»? Рождение любой личности (необязательно знаменитой), её шаги по жизни и прочие деяния – всё предопределено в этом мире. И каждый человек в обществе несёт определённую функцию: кто-то рожает, становясь Матерью-героиней, кто-то – папой-забулдыгой, кто-то лечит, кто-то калечит, вырезая чужую почку за $200 своим детишкам на молочишко, а кто-то оставляет немыслимые следы в человеческой памяти: удаляет зубы, после чего - одних пациентов успевают выходить, других относят на погост…

В нормальное и правильное время все мы родились. А утверждать обратное – есть пустозвонство и грех неисправимый! Ошибка, в чьём-то рождении на неделю-месяц, несёт в себе неисчислимые ошибки. Можно оглянуться – и убедиться, что автор прав в очередной раз…
И дело даже не в личностях, родившихся не вовремя и некстати свалившихся на нашу голову. Тут всему виной… искусственная черта характера бывшего гражданина СССР, родившаяся в глубине парткомов, а именно: стремление угодить существующей, или новой (это желание зародилось несколько позже), власти.
С другой стороны, любой институт государственной власти должен опираться на социум, лояльный и послушный.

К чему речь идёт?
Все шахтёры и горняки вовремя родились. Но иногда на низах получались перегибы, из-за стремления соответствующих структур быстро реализовать директиву, поступившую сверху, и также своевременно отрапортовать о её выполнении, но, конечно, желательно с условием, чтобы раньше, чем соседний район.
Вот эта скоропостижность, желание вовремя отрапортовать – и погубило наше общество.
Вернёмся на несколько десятилетий назад…
1943 год. Фронт покатился на Запад. Наш город, рудничные посёлки, сама земля – всё в страшных рваных ранах войны. Со всех фронтов вернули на шахту «Северная» бывших рабочих… Исходя из имеющийся информации, выходит, кто её собственно взрывал, тот и приступил к восстановлению.

Они дали вторую жизнь шахте «Северная».
Нижний ряд, третий слева - Александров.
Если кому известны эти люди - напишите в комментарий


Земля Дзержинска вздохнула – ноги нацистов больше её не топчут, не пинают. Советская власть навсегда вернулась.
Что нужно первым делом сделать?
Слова звучат, конечно, громко и пафосно, но людям нужно срочно показать, что и кто есть власть.
Каким образом?
Устроить показательный суд.
Да, был устроен показательный суд, первый в городе.
И где? Безусловно, на территории посёлка ш-ты «Северная». На неё всегда все шишки валились. И знамёна переходящие первой забирать во Всесоюзном соревновании, и переименовывать по нескольку раз, и вставать из небытия, и скатываться на позорную добыч, и опять возрождаться, словно сказочная птица Феникс из пепла. Тяжёлой судьбе подверглась наша славная кормилица…
Вот и начались перегибы в обществе…

Вместо того чтобы поискать по балкам прячущихся полицаев, схватили кто попался под руку – абортичку (по доносу – мир не без добрых людей), и устроили судилище. Хорошо, что она не дала немцу на свет появиться – это была единственная причина, по которой суд её оправдал. А был бы… из местных – отправилась бы без вины виноватая на далёкие стройки.
Так человеческая справедливость северян не дала восторжествовать перегибу.
Эти перегибы и чрезмерное стремление услужить директиве сильно били по шахтёру (со всех позиций!).
От истории суда над абортичкой поднимемся на сорок лет.

Наступило время Генсека Ю. В. Андропова. Опять начались перегибы на низах. Гэбисты, вместо того чтобы бороться с теневиками, начали врываться в парикмахерские и проверять женщин, делающих причёску – не в рабочее ли время они наводят красоту.
Однажды ваш покорный слуга тоже, чуть было не попал под раздачу… Спасло, что он не жадный, то есть за пятак не удавится.
1984 г. Вместо того, чтобы штурмовать нижнюю «Пугачёвку» на шахте... еду в троллейбусе по Москве. Просто останавливается транспорт, и гэбисты начинают проверять талоны, в поиске зайчиков. А если нет билетика… И вот тогда…

Но мы с Донбасса, и не столичные жлобы – у нас комар носа не подточит.

А каково с гэбистами? Высшее образование, мастера спорта – ищут зайцев в общественном транспорте. Дурная сила пропадает. Не перегиб ли?
Вернулся домой. А на шахту как раз пришла новая директива – началась борьба за правильное использование своего рабочего времени. С точки зрения рядового рабочего – в стране началось восхождение глупости на трон, не поддающейся ни описанию, ни классификации.
Вот так турбулентные завихрения в мозгах долгожителей – Членов Политбюро КПСС, с силой ударили по нисходящей линии. Ударили мощно! Неотразимо! И ниже пояса…

Мой знакомый, прекрасный человек, примерный семьянин, образец для подражания (длительное время, почти постоянно, «висел» на Доске почёта) срубал две полоски (!) и пришёл на 15 минут раньше смены на ствол. И вот чтобы он работал всю смену, а не отирался на стволе лишнюю четверть часа, получил… Нет, не выговор – оштрафовали на 20 % выслуги лет, а данная выплата у него была по высшему разряду.
Перестали мы, рабочие простых и нужных профессий, раньше времени приходить на ствол. Начали на заезде участка играть в «козлика». Время-то нужно как-то убить? Не танцевать же после отработанной упряжки! Игра начиналась только при наличии игроков, выполнивших наряд (а рубали только по полоске).

Начали нас, несознательных типов, ловить на штреках. Узаконенная глупость, возведённая в квадрат!
Стала бригада играть в нижней параллельной (в лаве). Обленились все до одного, потому что не только карты надоели…
Вскоре лодырей уже начали ловить там, куда мы перекочевали играть.
Перебрались ещё выше. Соберёмся, где-нибудь в уступе. И начинаем байки травить. А рассказать-то есть что – молодые же. Мне было 30 лет, а я считался, чуть ли не стариком в бригаде! Зато опытный специалист…

И вот наступает долгожданный день. Начальник даёт наряд: всем рубать по две полоски. Ага… Забойщик должен быть всегда в форме, как хороший спортсмен. Каждый день трудиться, не обязательно много работать, но просто обязан быстро шевелиться, чтобы поддерживать свои физические способности. Ребята в бригаде подобрались азартные: срубать побольше, да первым из лавы вылезти – хлебом не корми.
В тот радостный день никто не срубал по наряду. Я попал в нормальный уступ. Когда-то в нём на спор срубал (начальник был выходной) три полоски. А в тот день – еле-еле полторы. Выезжали – больные, угнетённые, зато вовремя и не нарушая графика выезда, правил ТБ и прочая, прочая, прочая…

В борьбе перегибов со мной я ни разу не пострадал материально (опытный алиментщик подвох за версту чувствует), но личную форму потом пришлось долго восстанавливать.
Самое время вернуться назад (прошу прощения за полёты во времени).

Ежедневно, поднимаясь на второй этаж старого АБК "Северной", и смотря под ноги, на лестницу, ловил себя на мысли, что иду по следам отца.
Четверть века – снизу-вверх, сверху-вниз.
Двадцать пять ступенек. Из бани – вверх, из нарядной – вниз. Из года в год, с перерывами на отпуск, ОРЗ и травмы.
Снизу-вверх…
По одной ступеньке за год!
Сверху-вниз…
Кто только по ней не ходил!
След в след.
Поколение за поколением.
Сын за отцом.
И уже внук проторенной дорожкой подымается по старой лестнице, изредка вспоминая отца и деда.

А когда-то и дядя, тяти брат (и не один) хаживали по этим ступенькам. О чём они, братья, думали? О семьях? О том, что, пройдя сквозь все лишения и завалы, сумели выжить, и поднять детей?
Нижние ступени – самые стёршиеся, как опытные бойцы принимали на себя основной удар грязи, сырости и снега.

Перед лестницей – площадка. Раньше тут была курилка. Проходя через неё в баню, можно было не бояться, что на одежду нападёт моль. Пять секунд – шесть шагов, и ты весь пропитан мощным средством от всего, что летает, ползает и кусается.

Когда-то на этом месте разыгралась довольно комедийная история…
Иосиф Виссарионович умер. В стране попустило. Позже начали говорить, мол, наступила хрущёвская оттепель. А на местах, мы что имеем, с приходом новой власти?
Правильно. Чьё-то необычное стремление к переменам, т. е. перегибы.
Опять выездные суды бичуют врагов советского общества.
Это случилось приблизительно через пару лет после смерти Сталина… Как раз я уже благим матом орал, требуя, чтоб родитель, пришедший со смены, меня, настырного, покачал, да на руках поносил…

В общем на втором этаже АБК состоялся показательный суд. Судили вора – у шахтёров воровал. Большинство присутствующих на суде искренне удивлялись: что можно в те годы украсть в бане?
Решили хорошо его посудить, чтоб другим было неповадно. Наверное, именно такая цель преследовалась. Ведь разнарядки (для известных целей) по областям уже закончились, а доносы соседей канули в прошлое, став неактуальными.

Суд идёт. Прокурор, естественно, просит. Защита взывает непонятно к чему, но мотивирует, мол, если подсудимый скатился до подобной низости – воровать в шахтёрской бане, значит, у него было совсем безвыходное положение.
Впереди моего тяти сидел забойщик. Дело не в профессии.
Люди в театре молчат?
Молчат.
В кинотеатре молчат?
Молчат, только семечки лузгают, да на пол скорлупки бросают.
А здесь суд идёт, а впередисидящий шахтёр бухтит и бухтит, болтает и болтает, как бабка, торговка семечками на базаре.

Объявили перерыв. Народ ринулся в курилку – сидячие места занимать.
Родитель в то время уже не курил (бросил), но в общей массе спустился вниз, тем более знакомого встретил, и хотел с ним поговорить. И вдруг он видит, как известный болтун собрал вокруг себя доверчивую аудиторию, и что ей доходчиво объясняет.
В стране-то уже можно вслух о некоторых вещах говорить, не боясь, что завтра на работе тебя не дождутся.
Этот мужчина, повысив голос (наверное, до предела), приступил к обсуждению судебного действа, мол, судья неправильно судит, а прокурор вообще не от мира сего. И болтает, и болтает. Несёт какую-то околесицу, вперемежку с матом, большей часть в адрес служителей Фемиды.

Нельзя не согласиться, что есть определённая категория мужчин, которые могут выговориться исключительно вне стен родного дома, потому как там им быстро закроют говорящее место.
На возмутителя спокойствия уже начали шахтёры коситься, как на назойливую муху. Но особо любопытные (точнее, кому делать нечего), естественно, поддакивают, таким образом, вдохновляя оратора на продолжение обличительной речи. И главное дело, из-за его крика, даже словом с товарищем нельзя было тяте перекинуться. Он долго не думал… Хочу дополнить характеристику своего родителя – он, хоть и был спокойным человеком, но с шуткой всегда на короткой ноге. Так вот, из внутреннего кармана пиджака он достаёт карандаш и записную книжку, где ежедневно, не надеясь на память, отмечал: ФИО горного мастера, дату упряжки, объём работы. С серьёзным видом подходит к говорливому мужичку, открывает блокнот, смотрит тому в глаза и спрашивает:

- Как твоя фамилия?
В курилке оборвались все разговоры. Стало настолько тихо, что если бы летела муха, то был бы слышен её полёт.
Болтун замер с полуоткрытым ртом. Лицо побагровело. Глаза расширились. Поддакивавших слушателей, как ветром сдуло. Образовался широкий круг.
Тятя в эпицентре внимания. Все взоры на него.
- Я жду, - совершенно спокойно он напомнил о заданном вопросе, и приставил карандаш к чистому листу бумаги.

У болтуна краска с лица слетела, и он тут же побледнел, словно из него мгновенно выкачали всю кровь. Показалось, что он даже дышать перестал.
Только пара лет прошла с весны 53 года…
Или уже пара лет?
А люди-то ничего не забыли. Страх до сих пор жив в крови…
И в это время знакомый отца рассмеялся, потому, как больше не в силах был сдерживаться, наблюдая, что тот мастерски разыграл говоруна. Следом, уяснив сложившуюся ситуацию, десятка три глоток зашлись в гомерическом хохоте.
Болтун опять покраснел, и юркнул вверх по лестнице. До оглашения приговора он просидел на своём месте, не проронив ни единого слова.
Вот такое приключение случилось в курилке у лестницы. Из тех очевидцев, что находились на площадке, во время розыгрыша, наверное, уже никого нет в живых.

А ступеньки ещё служат шахтёрам – держатся. Все двадцать пять.
Люди помоложе – держат удар второй войны.

Правда, шахта-кормилица, к великому сожалению, начала агонизировать…
А о перегибах уже никто не вспоминает – это было так давно, что даже не верится, а были ли они вообще в нашей жизни?..

24.03.2016

Ошибка в тексте? Выделите и нажмите Ctrl+Enter!

Теги: Сталин, Шахтёр, Северная, андропов, Дзержинск, суд

Оставить комментарий

Комментарии:

Всего комментариев: 0
avatar