Дзержинск - город шахтеров

Сегодня: Пятница, 09.12.2016

Страна пребывания. Часть II

Дата: 18.05.2016 Просмотров: 199 Блоггер tihon-skorbiaschy0

Страна пребывания. Часть II

- Я? Велиар46. Ты мне не интересен, поэтому советую – исчезни, пока тебя не увидели остальные…
- Так ведь любопытно же, - не задумываясь, автоматически ответил демону (или самому себе?). - И всё, что я здесь вижу, как-то странно выглядит.
- А, впрочем, как хочешь. Вы, люди, сами определились, что являетесь творцами своих судеб…
Признаться, я даже удивиться не успел. Все события, в этом странном помещении без окон и дверей, без искусственного освещения, происходят настолько быстро, что не успеваешь сообразить: кто? что? и, главное, от кого чего хочет?..
Только перестал звучать во мне неведомый голос, как тут же ангел, стоявший за спиной Гавриила, что-то шепнул ему на ухо, и, не оборачиваясь, показал пальцем в мою сторону. Архангел резко повернул голову – мы встретились взглядом. И я почувствовал – через мои глаза, в тело проникли две тоненькие змейки, начавшие во мне, с ужасающей быстротой расти и переплетаться, словно корневые системы двух деревьев, растущих рядом…

Действительность, с которой сегодня я столкнулся, оказалась столь вопиюще неправдоподобной, и настолько омерзительной, что, в очередной раз, поверил в участившееся нашествие на меня снов, граничащих наполовину с явью. Сон-явь заставляет жить свою жертву в двух измерениях: в том месте, где находится ее постель, и в другом, где таинственный и зовущий мир уводит человека за руку, с каждым прожитым годом, все дальше и дальше, но он, к сожалению, оказывается неспособен оторвать тебя от земной суеты. Явь, поборов сон, заставляет открыть глаза: в одно мгновение, будто хрусталь – о каменную стену, и фантастический мир разбивается, разлетевшись на мелкие остатки неисполнимых желаний.
Сейчас я, не открывая глаз, приподниму руки, хлопну ими, и сон отступит на задворки следующей ночи, а жизнь возрадуется новому утру, новому солнцу, новым людям, возможно, сумеющим изменить мою жизнь...
- И-и-и, раз!

Руки свободно сделали оборот в воздухе, наподобие гимнастического упражнения – посланцы Рая и Ада никуда не исчезли; скорее наоборот – выразили изумление подобием гримас, выражающих смех...
- Явь!
Асмодей поднял руку вверх, требуя внимания. Наступила тишина. Короткими лающими фразами он начал объяснять присутствующим, что нахрапом это дело разрешить ни одной из сторон не удастся, поэтому необходимо обеим группам попытаться доказать свое право на обладание востребованной души, и, возможно, дать пару слов третьей стороне, т. е. телу, и он ткнул пальцем себе под ноги, а затем в сторону купола. Его коллеги (точнее братья по цеху, если только их можно так назвать) с одобрением закивали головами, а, после того как он указал пальцем в мою сторону, взорвались недобрым смехом.

Ангелов, по всей вероятности, тоже устраивал предложенный компромисс, и они, согласившись, словно нехотя, улыбнулись.
Подняв руку, архангел потребовал внимания: - Пусть будет по-вашему – обсудим: стоит ли его душа того, чтобы мы забрали ее с собой, или отдали вам.
Им, землянам, из-за природного слабоумия, не дано понять высочайшую мудрость, в которой заложен глубокий смысл земной жизни: они живут не на своей планете, а в Стране Пребывания. Так называемые народы, то есть группы, на которые они здесь разделились – это туристы; и они обязаны использовать своё пребывание на Земле с пользой для себя и своих близких, обучая непонятливых добру и справедливости, улучшая, хотя бы, таким образом, человеческую породу. Однако они всем нам придают лишние хлопоты, поддавшись низменным чувствам, избирают кумиров, стоящих на самой верхушке человеческого негатива. Многие люди, в виду непонимания своей цели в земном мире, уподобляются вам, господа демоны, и подобным манером сталкивают остальных небесных Служителей и прочих сил во времена каменного века. Вышеперечисленное послужило поводом для эксперимента, устроенного Творцом, поэтому его душа необходима…

Он не договорил, так как и ангелы и демоны, стоявшие вперемежку, вдруг зашлись от хохота, слившегося в один дикий звук, о котором я подумал:
- Иерихонская труба, даже несколько, - и только эти слова мелькнули в голове – пришельцы оборвали свой смех, стремительно повернувшись в мою сторону.
Асмодей (кстати, единственный, кто не поднял на смех слова оратора) стоял рядом с Гавриилом, раздраженно теребя правой рукой кончик рукава, вздохнул и произнес: - У большинства людей нет цели – быть по-настоящему счастливыми. Смертные жаждут только удовлетворения сиюминутных желаний, не думая о завтрашнем дне, или своих потомках. И я, служа их желаниям, предоставляю им право испытывать блаженство. Не я способствую их гибели – их умертвляет личная похоть.
Архангел шутливо погрозил пальцем: - Прежде всего, людей губит ложь, которой ты служишь.
- Но у его отражения, - тут Асмодей сначала указал пальцем на тело, а после этого – на меня, - есть другая интерпретация этой щекотливой для землян темы…

- Да-да, - быстро заговорил Ксафан, словно боясь, что ему не позволят высказать наболевшее, при этом его голова затряслась мелкой дрожью. - У него на любой жизненный момент найдется иная трактовка – личная, - Ксафан старался изобличить меня в ужасающих грехах, давая понять ангелам, что подобным личностям место не на небесах, а в Аду. - Эта отвратительная натура любит поговаривать, смакуя каждое слово: «Секс, господа, – дело тонкое. А хороший секс – дело, тонкое вдвойне. Однако в нашей стране наблюдается нелицеприятная картина – большинство сознательного народа отлынивает от этого благородного дела, находя под разными предлогами самые фантастические отговорки», - однако, кого и что он имел в виду – нет возможности понять.
- Куда уж тебе понять, - улыбнулся Велиар, - у тебя кругозор сужен. И если бы не твоя личная неприязнь к конфликтной душе, то вряд ли ты смог бы сегодня оторваться от своих любимых котлов.

- Сейчас… Он ещё так заумно сказал, - не обращая внимания на едкое замечание, Ксафан нахмурил лоб, силясь вспомнить, и, будто бы пытаясь поймать мысль за хвост, быстро помахал перед собой рукой. - Да. Вспомнил. Я могу дословно воспроизвести его последнее высказывание о преимуществе толстушек над худенькими женщинами? Он сказал: «Я долгое время был глух и слеп. А только сейчас (не только мне, но наконец-то и большинству смертных) открылась истина: от толстушек больше миру пользы, чем от худышек».
Да за одну такую мысль – он должен вечно гореть в аду, естественно, под моим неусыпным надзором.
Ангелы недовольно зацокали языками, нарочито покачивая головами, и выставляя напоказ своё возмущение переменой суждения о критериях преимущества, что по их понятиям, явно не вписывалось в узкие рамки небесной морали.
Улыбка тронула лицо Асмодея, и он обвел взглядом ангелов.

- Я тоже могу процитировать этого грешника: «Худышки могут быть сегодня добры и нежны, словно волшебные феи из тирольских лесов, завтра – это сорвавшийся с цепи Цербер. У их противоположностей, толстушек, подобные эмоциональные всплески отсутствуют, и поэтому они, никогда не уподобятся злобной и раздражительной Мегере». Он свое извращенное мнение противопоставляет общепринятым канонам о человеческой красоте.
- Здесь уж точно наступило время, когда нужно развернуться и потихоньку уйти восвояси, - я уже сожалел, что не использовал шанс, предложенный Велиаром, но в этом помещении нигде не видно даже щели, сквозь которую можно было бы попытаться… просочиться.
- Может быть, с согласия Гавриила, их обоих заберём, чтобы голову не морочили людям… и бабам, - подал голос Велиар. - А то уже у нас – время…

Архангел удивлено глянул на него, вздохнул, откинул прядь волос с глаза:
- Во-первых, не бабам; а во-вторых, мы обязаны доставить его душу по назначению, и, если потребуется, то спасти её.
- Истина. Мы обязаны спасти его душу, - произнёс Авдиил47, глубоко вздохнув, и расправляя плечи, словно показывая, что он готов ринуться в бой за человеческую душу.
- У него нет души! - воскликнул Ксафан, и топнул ногой так, что показалось: дрогнул пол, а в воздухе завибрировал низкий протяжный звук…
- Человек не может существовать без души. Это противоестественно! - возразил Авдиил, сверкнув глазами.
- Я оговорился. Совести нет, не все ли равно? - Ксафан продолжал настойчиво гнуть свою линию.

Тут демоны дружно выразили свою солидарность с последней версией их товарища, вследствие чего поднялся гул, словно рядом остановился пчелиный рой.
- Спасение нужно искать его душе, - подняв руку, Гавриил ткнул куда-то вверх указательным пальцем. Демоны умолкли, а ангелы начали скандировать: - Спа-се-ние! Спа-се-ние!
Ксафан, было отошедший на пару шагов назад, вновь встал у тела и безапелляционно заявил ангелам: - Опомнитесь! Оглянитесь на его несуразную жизнь! Что вы там увидите, кроме пустыря, выпаленного низменными страстями?! Вы хоть раз задумывались: какое наследство может оставить его душа, кроме больных, искалеченных человеческих судеб?! Чего только стоят одни его слова: «Ведь усмирять плоть людскую – дело трудное»?

- Забрав его душу, мы укрепляем наш мир, - возбуждённо произнёс Анаил48, самый молодой ангел, до этого момента молча следивший за полемикой. И он решительно шагнул к лежащему телу. - Что же вы стоите? Надо что-то делать! - Анаил начал потрясать кулаком, бросая не слишком любезные взгляды в сторону демонов. Голос его плавно усиливался, превращаясь в громоподобный рокот.
- Остынь! - Асмодей осадил не в меру разгорячившегося ангела. - Мы всегда все конфликты решали мирным путём с того момента, когда узнали о своих общих корнях. Мы имеем общего отца, именно поэтому, никогда не воюем друг с другом. А ты, Гавриил, будь добр, выясни: почему его выпустили в свет, не аттестовав по «Истории возникновения миров». Когда-нибудь из-за него мы все можем быть опозорены перед другими мирами. По крайней мере, мне так кажется…

- Ну, это ты уже перегнул: «опозорены». Перед кем? - Гавриил прервал нравоучение демона похоти. - И вы, и мы – земные обитатели, правильнее – конкуренты в этих параллельных мирах. А на Селене – наши братья, плечом к плечу вместе с местными жителями сдерживают натиск пришельцев с Отражений Млечного пути. А эти муравьи – тут он кивнул на тело – даже не догадываются, благодаря кому и чему, они ещё барахтаются в этом мире. А с Анаилом, - он ткнул пальцем в темпераментного ангела, - промашка вышла, конечно, мы будем молчать.
- Мы тоже, - кивнул Асмодей и, развернувшись к Ксафану, спросил: - Так?
Демон ничего не ответил, только согласно кивнул головой, при этом безразлично чеша у себя за ухом.
Тоном провинившегося ученика, пытающегося оправдаться, Анаил произнес:
- Был бы живой – легче процесс пошёл: раскаялся и отрёкся от всего, что он в своей жизни ранее наговорил.

- Перед кем? Перед нами? Действительно, тебя рано взяли в этот мир, - недоуменно пробормотал Авдиил, и, глядя архангелу в глаза, спросил: - Вообще-то о чём мы сейчас начали рассуждать?
- О любви, - задумчиво ответил Гавриил.
- Какой любви?
- О взаимоотношениях земных существ: мужчин и женщин.
- А разве вам известно это чувство? – неожиданно полюбопытствовал тот, второй, который в моём теле, продолжал лежать, не шевелясь и не открывая глаз.
- У нас одна любовь – к своему Богу, у них, - тут Гавриил кивнул в сторону демонов, - к своему. Если чистосердечно признаться, то у всех нас и процессоры неплохие, и емкость памяти большая, но начисто отсутствует программа. Это история слишком длинная, грустная, и не должна обсуждаться землянами. - При этих словах, архангел сделал фривольный жест, резко проведя правой рукой по груди, и ниже пояса, по тому месту, где у них находится этот нерабочий процессор, убеждая в правоте своих слов.

- Это он, - рука Гавриила вытянулась в сторону Асмодея, - придумал для вас красивые сказки о любви, сексе, различных игрищах. Было веселое настроение – вот и решили они пошутить над древними землянами; потому что вся история человечества подтверждает – подавленными и озлобленными людьми легче манипулировать, когда у них есть вожделенная мечта.
- Совершенно точно, - согласился Ксафан, и снова оседлал своего конька, - но если бы вы знали – до чего же этот смертный докатился в своих высказываниях, основанных на своем грязном жалком опыте: «А зачем вообще худышкам эрогенные зоны? Их же негде расположить! На ребрах? Так вопрошал Бог, создавая женщину. Поэтому он, отказавшись от глупой затеи, сделал ее теплой, мягонькой и… аппетитной на вид. Адаму в дорогу ведь не дали одеяло. Всевышний, зная наперед, что придется расставаться с первомужиком, решил все-таки, из-за чувства сострадания к нему, сделать помощницу, чтобы она, при случае, могла и лошадь запрячь, и дом, и мужика защитить. Посмотрев сверху, Он убедился, что поступил правильно, постановив быть слабому полу пышнотелым. Вот поэтому главное предназначение Евы, разумеется, кроме продолжения людского рода, заключалось в согревании своим телом Адама».

Вдоволь поиздевавшись в душе (нам ли не знать!) над слушателями, пытающимися понять его завуалированные мысли, он начинает восхищаться силой, которой могут обладать простые слова великого и могучего языка. Лично у меня уже иссяк словарный запас, чтобы продолжать рассказывать о его остальных проделках. Делайте правильные выводы…
Демоны переглянулись, при этом их глаза расширились, а головы закрутились, будто прогоняя назойливую муху.
Показалось, что некий незнакомец, страшный, как жизнь Кощея, начал на ухо мне шептать: - Чтоб не мучить мозг свой о времени и тратах, сделай ложе из всех известных словарей! Спи спокойно. Сон, как губка, всё впитает: доктор Нойберт49, змеёй изящной, в твоих ногах скрутился, откровенный Алекс, который Комфорт50, льстивый англичанин, со своей премудростью о любви простой и нежной тоже где-то там приткнулся. Утром, в душе, смыв с себя десятки формул, цитат, и чужих прикосновений пальцев, ты поймёшь, что жизнь стала легка, что есть иное чувство…

- Создавшуюся ситуацию можно разрешить эвтаназией, с применением которой мы иногда соглашаемся. Думаю, особенно в этом случае, более гуманного решения проблемы не отыскать, - высказался Ксафан, как всегда неповторимый в своих предложениях.
- Может быть, действительно стоит попробовать? - раздался голос Асмодея, и я ощутил прикосновение чьих-то рук к своей шее, ставшей в одно мгновение тонкой и податливой. - Надо же, как эта шейка возбуждает…
«У худой, если целовать шейку – губы порежешь о кадык, и тогда «марсельезой» в воздухе запахнет», - дорогой Асмодей, вам не знакомо это выражение? - Ксафан вставил реплику, и, улыбнувшись, глянул на архангела. - Эту мерзость тоже придумало дитя вашего эксперимента.
- Ваши слова не привычны для моего слуха. Я не имею права сказать, что вы изрекаете ложь, но подвергнуть сомнению – обязан, - необычайно смело прозвучали слова из уст лежащего тела. А в моей голове были совершенно другие мысли: - Каково ангелам чувствовать себя беззаботным в камере смертников?

- Хм, - недоуменно хмыкнул Асмодей, и удивленно добавил, - как дерзко держится этот смертный? Хотя, с другой стороны… Законы природы не нарушал, поэтому ему можно было бы обойтись коротким сроком в Аду. Эй! - Асмодей окликнул второго меня.
Затем носком ноги или обуви (по правде сказать, я и не рассмотрел – во что они были обуты, или обуты вообще?) пару раз приподнял руку возле локтя, будто пытаясь растормошить.
- Но, если попытка сделана, значит, он – живой! Выходит, для меня еще не все потеряно? - я попробовал себя обнадежить. - Ангелов – вижу, демонов – вижу. Какие еще могут быть сомнения? И, быть может, я смогу выкарабкаться из этой передряги. А если здраво подойти ко всем сегодняшним видениям, и они окажутся пророческими? Ничего себе, какая мне уготовлена судьбинушка! Можно с уверенностью сказать: карантина не будет, и сбежать, выходит, нет возможности. А гостеприимство Ксафана известно – сразу на жаровню, иль в котел… Пора, однако, просыпаться, а то умру во сне – а в толпе начнут шептаться и злорадствовать:

- Работал долго и упорно.
- Из-за непосильного труда умер в расцвете сил.
- Да, не таких здоровых в банки шахта закатывает.
- Не предоставлю им радости позлословить. Как там? Азъм есъм, - лихорадочно я начал вспоминать самую главную молитву. - Нет. Иже еси на небеси. Нет, нет, все не то…
- Между прочим, друзья, - Авдиил обратился к ангелам, - однажды он сам сказал: «Ныне в мире столько развелось шарлатанов, свободно трактующих божественную силу, заоблачную жизнь и эволюционные пути человечества, что, из-за них, моему Духу не достанется места в разумном Космосе».
- Правильные слова и вовремя произнесенные, - согласился Гавриил.

- Если бы он знал об этой встрече – он еще не то придумал бы. Этот человек, - скороговоркой заговорил Ксафан, при этом несколько раз коротко ткнул пальцем на лежащее тело, словно быстро давил мелких насекомых, - давным-давно, еще в детстве, растерял духовные ориентиры, а, повзрослев, двигался в никуда по этой скользкой дорожке, не имея высоких идей и целей. А так как никто из смертных не может скрыться от возмездия за свои грехи, то поэтому эта душа подлежит срочной утилизации, но сначала нужно ее слегка подсушить. - Тут он закрыл глаза и, вероятно, представив себе будущую картину сушки души, совсем по-человечески, в предвкушении потер руки, а его лицо растянулось в довольной улыбке.
Демон похоти склонился над телом: - Хочешь быть бессмертным? Подумай, и тогда можно многое изменить.

- Жизнь моя живет мечтой, но она безудержно стремится: то в небеса, то в пучину, ища истину земного бытия. И, найдя ее малый отголосок – ликует, - обессилено прошептал я в своем убежище.
- Ты шутишь с ним, или издеваешься над нами? Ты не вправе обещать, то, что не в силах дать! - у Гавриила взметнулись брови.
- Плохо, что мысль не положишь в карман, - заметил Велиар.
- Верил ли он когда-нибудь во что-нибудь? - спросил Асмодей.
- Почему верил? - удивился архангел. - Душа-то – еще на месте!
- Пусть пока так будет, - проворчал Ксафан.
- Верует, но «слабо, лениво и наивно; как веруют плотники, солдаты, деревенские бабы и пчеловоды»51. Так о нем сказал кто-то из знакомых, - неуверенным тоном сообщил Анаил.

- И во что он верует – не знаете? - снова поинтересовался демон похоти.
- Мир человека не подвластен нам, точно также как и вам. Управлять их поступками мы можем, заглянуть в душу – увы! Именно поэтому Творец приказал доставить душу этого мирянина, - Гавриилу явно начала надоедать затянувшаяся дискуссия.
- Хорош мирянин?! - с удивленной миной воскликнул Ксафан. - Все мысли – наизнанку, и хлопот от него, словно от роты плотников.
- Почему – именно плотников?
- Шума много.
- Шума?
- Да.
- Разве это плохо?
- Иногда – да.

- Ах, конечно, я запамятовал – в твоем же хозяйстве плотники-краснодеревщики заняты рубкой дров для общественных нужд.
Шутку Гавриила ангелы и демоны встретили коротким смехом.
- Плохо не то, что он не верит в божественное сотворение женщины, крайние последствия следуют за теми, кто пытается внять его словам, ибо он подвергает сомнению признанный землянами эталон женской красоты – 90/60/90; называет его раскрашенной восковой куклой, удалившей еще два ребра для места под талию. Это он подразумевает миг создания женщины Творцом, - попробовал отомстить уязвленный Ксафан.
- Кощунство – не то слово! - воскликнул Авдиил, сотрясая воздух кулаками.
- Как тонко и благоразумно! - удовлетворенно улыбнулся Асмодей. - Наш человек.
- Все равно это был опытный образец, - повторился архангел.

- Да, только опыт ваш не удался. Он, между прочим, о женщинах говорит: «Все бабы – стервы52, но у некоторых – грудь больше», а про себя: «Я – самый честный из всех мужиков53, когда-либо существовавших на Земле, и то мне нельзя верить». И что тогда говорить об остальных обитателях этого мира? Видимо, наши (тут он ткнул длинными тонкими пальцами, похожими на зубья от вил, куда-то вверх, и одновременно туда же показал глазами), - создавая этих, сами либо шалили, либо рукоблудили. Плохой мир получился. Злой! Наверно, отдачи от него не дождемся. Так мы и доложим Люциферу, а вы продолжайте лгать своему… - и Асмодей умолк, очевидно, воздержавшись от произношения имени его всуе; кашлянул и продолжил, - о том, что человечество развивается в любви к ближнему. Очевидно, что эту планету просто необходимо стереть, и вновь начать заново.

- Да сколько же можно? - удивленно спросил Гавриил.
- А, ради чего, мы на них тратим время, материалы? - демон похоти развел руками.- Возможно, проблема не в них, а в самой Стране Пребывания?
- Делали все, как обычно: моря, горы, реки с чистой водой. Я сам Творцу помогал, - Анаил вставил реплику. - Всегда и везде существа безболезненно приживались, а тут – через… это, как ее… колено.
- Через то, чего у нас нет, - поправил Велиар.
- Да, вспомнил: через… жопу, - добавил ангел созидания.
- Теперь ясно – людей нужно было делать по нашему подобию, а не по его… тогда точно у них все правильно получалось бы, - Асмодей высказал то, что давно было, как на устах, как ангелов, так и демонов.

- Стереть планету? - неожиданно переспросил Гавриил, таким тоном, будто до него только дошел смысл спасительного варианта для Земли, озвученного несколькими минутами ранее. - Воистину, жалко трудов. А с другой стороны, нужно подумать, взвесить это предложение, и согласовать с ним. - После короткой паузы он сплюнул, чертыхнулся, затем вознес руки и прошептал: - Прости слугу своего. Ну, и словечек я здесь набрался. - Затем обратился к демонам: - Согласен – дорого нам обходится Страна Пребывания. Да и порядком уже надоела своей примитивностью и однобоким мышлением. Иногда, кажется, что он стареет, а мы мудреем. - И глаза его быстро сверкнули, выдав радость за прозвучавшее рациональное зерно. Архангел обвел глазами помещение, словно покупатель, оценивающий квартиру: - Земля – злачное место. – Его взгляд вонзился в меня. - На днях решим…

- Дикие варвары, стоящие на самой низшей ступени развития. Во-первых, молятся на обещанные вами несбыточные мечты, - Велиар отпустил шпильку в адрес ангелов. - Во-вторых, каждый день мечтают о куске мяса. Животные, да и только.
- А, может быть, попросту сменим его сущность? Поставим на испытательный срок, включим счетчик, и он станет одним из наших, или ваших? - предложил Асмодей, переводя разговор в прежнее русло. - Будет одновременно: нам – польза, а ему – наказание…
- Не выдержит, - спокойно рассудил Авдиил, и махнул рукой, - в корне гиблая затея. Безгрешная жизнь – удел единиц за всю историю человечества; и путь, каждого из них, отслежен херувимами и документально зафиксирован.

- Выдержит! Из человека легко превратиться в демона, обратной дороги – нет. Этот человек за версту чувствует нежить, некромантов, а любителей (особенно высокопоставленных особ54) покопаться в чужих останках – на дух не переносит.
- Ая-яй! Какое кощунство! Как он смеет так отзываться о нашем любимчике! Но здесь присутствует один плюс: однажды он мечтал о смерти, как об освобождении духа! Это уже о чем-то говорит, т. е. о развивающемся мышлении, - заметил Велиар.
Анаил в сомнении покачал головой и высказал контраргумент: - Это не засчитывается – он был в неадекватном состоянии.
- Зато должно зачесться, что он является источником ереси, - заявил Ксафан. - Крест не носит, а «Кагор» с… друзьями пьет.
- С друзьями – «Кагор»? Ты хотел сказать, что с попами? - удивленно переспросил Гавриил.

Ксафан, соглашаясь, издал гортанный звук, более похожий на одновременный вопль несметных полчищ грешников, прошедших через его «заботливые» руки.
Я похлопал себя по груди, пытаясь нащупать древнеславянский оберег, уходящий тысячелетними корнями в историю человечества. Не обнаружив его, в какой-то момент ощутил себя тонким хрупким деревцом, на которое вот-вот обрушится ураганный ветер. - Увы! Выходит, сегодня я – совсем обезоружен, и придется надеяться лишь на себя.
На себя? Быть может, пора смирить гордыню?
Причем здесь гордыня, смирение и прочие атрибуты власти над землянами? Суд, нет, судилище таких высоких небожителей – любого смертного делает беззащитным, будь то кающийся грешник, или церковный чин…

- Нам, - Анаил поднял кверху глаза, чтобы было понятно, кого он имеет в виду, - нужно срочно вмешаться, и начинать спасать эту неокрепшую душу, пока еще не поздно. Правда, я тоже был свидетелем его непристойных действий, и могу поклясться чем угодно о его речах, неугодных ни нам, ни вам. Однажды, скинув шахтерскую робу, он со своими, как он их называет, коллегами, грязными, словно черти, начал курить в бане, при этом, заведя блудливый разговор на тему: для чего вообще нужны эрогенные зоны? Потом постепенно перешел к не менее пошлой теме о… - здесь Анаил запнулся, к удивлению присутствующих, покрылся румянцем, будто девица из Смольного института.
- О чем? - в один голос возбужденно спросили Авдиил и Велиар.

- Он сначала поиздевался в голос над шахтерами, призвав их не вздумать отлынивать от столь важного и перспективного занятия, как обнаружения эрогенных зон у своих жен. И это он предлагал шахтерам после трудовой смены! А потом, - тут ангел вновь застеснялся и умолк.
- Ну?! - одновременно вырвалось у большей части присутствующих.
- Он сказал, мол, греки трепетно относились особенно к этой женской части тела…
- Не томи!
- Это он завел разговор о ягодицах. Представляете?! Отработав смену, в шахтерской бане – о женских ягодицах! Он же в своей жизни издевается над всеми, кто с ним контактирует.
- А что еще было в бане?

- Он поведал, что, когда греки молились своей богине любви и красоты Афродите, то первыми словами обращения всегда звучало: «О, Каллипига!», что, в переводе на могучий язык, означает: «О, прекраснопопая!».

- А что ты делал в мужской бане? - Асмодей задал коварный вопрос.
- Я? - вздрогнув, шепотом переспросил Анаил.

- Да, ты, и в рабочее время! От прямых обязанностей отлыниваешь. Опять взялся за старое – подсматривать? Я поначалу не верил, когда до меня доходили слухи о том, что ты – проказник. Но не до такой же степени опуститься, чтобы по шахтерским раздевалкам шастать?! Последнее предупреждение получаешь, - возмущенный Гавриил был не на шутку раздосадован, - еще раз – и тебя Творец отправит к Люциферу.
- Не переживай, у нас гораздо веселее, - Асмодей хлопнул ангела по плечу и залился радостным смехом. - Кроме шахтеров, у нас монашки есть – загляденье, пальчики оближешь…шалунишка.

- Приехали, - вкрадчиво прошептал Ксафан. Удивленно покачал головой, а затем произнес тоном мальчонки-проказника, начавшего искусно лукавить и лгать в своих оправданиях: - Теперь у вас, господа ангелы – два варианта: или мы забираем, то, зачем пришли, или такую шокирующую правду нельзя больше скрывать от наших миров… Дожились – ангелы по шахтерским баням шастают. Стыд-то, какой! Ая-яй!

Архангел несколько раз дернулся, будто человек, которого ударило высоким электрическим разрядом, крылья расправились и задрожали мелкой дрожью; бесцветное лицо стало багровым. Он недобро глянул на довольного Ксафана, нашедшего такой необычный, скорее человеческий, чем демонический, выход из почти патовой ситуации, и распорядился: - Мы не можем здесь спорить вечность! Да пропади она пропадом такая душа. Пользуйтесь. Забираем тело, и возвращаемся.
- Давненько мы с тобой, Гавриил, так приятно время не проводили! - Асмодей, улыбнувшись, носком сапога слегка поддел тело, и кивнул демонам:
- Оприходуйте и примите к учету! Эх, люди-люди!..

Мгновение – и субстанция, оказавшись в руках Ксафана, забилась в тщетной попытке вырваться из крепких объятий, но, поняв, что ничего не получится, по крайней мере, сейчас, обмякла, прекратив бессмысленное сопротивление…
Авдиил легко схватил труп одной рукой, глянув на Анаила, крикнул: «Лови!», и бросил ему тело, словно волейбольный мяч. Ангел созидания с гиканьем поймал… Оба взмахнули крыльями, взмыли, и перед моими глазами возникла картина, как они стремительно летят ввысь, перебрасывая грешное тело друг другу, а позади – архангел, покачивая головой, улыбнулся, затем на его лице отразилось искреннее сожаление, и он, вздохнув, с теплой ноткой в голосе, пожурил небесных слуг: - Право, будто малые дети…

Рассеянный свет начал преображаться, усиливаться, ещё немного и придётся прищуриваться, спасая глаза от его прямого воздействия. Вот только непонятно – откуда он проникает?..
Окончательно очнувшись, я решился открыть глаза, но это была бесполезная попытка – они были раскрыты. Оказалось – сижу в немыслимой позе перед компьютером, выключенным по всем правилам: шнур с вилкой вынут из розетки, и лежит на своём месте возле сканера, но... экран светился. Но ведь отключен!
Все увиденное и пережитое мною сегодня – что это было на самом деле? Уж не зеркальное отражение собственных переживаний и настроений? И если да, то, в каких глубинах сознания могло подобное родиться?
На дисплее мелькнула тень, как будто кто-то мчался по обратной стороне экрана. На несколько секунд показался чей-то рот, искаженный в страшной улыбке. Помнится, где-то я видел подобное проявление человеческих чувств, и не один раз... Экран засветился ярче обычного, и на нем появилась надпись: «Утверждение, что смерть есть конец всему, не может быть до конца научным55. Жди нас на девятый день!», затем несколько раз мигнул и погас. В растерянности, я перевел взгляд на настенный календарь – 13-ое, пятница…

Примечания:

46 Демон лжи.
47 Во время восстания Сатаны против Бога, Авдиил был единственным ангелом, сохранившим верность Богу.
48 Анаил – один из семи ангелов созидания.
49 Врач-гигиенист, проф. Рудольф Нойберт (ГДР), авт. «Новая книга о супружестве».
50 Алекс Комфорт, анг. врач, ученый-биолог, авт. «Радость секса».
51 А. Куприн, рецензия на книгу Д. Мережковского «Иисус Неизвестный».
52 Народная мудрость.
53 Слова песни В. Высоцкого.
54 Имеется в виду третий Президент Украины В. А. Ющенко.
55 В. Вестник, рос. писатель-невидимка, выступающий в качестве Спасителя и посредника между Богом и человечеством; этот человек на слуху, его книги издаются, но никто, ни разу его не видел.

13.01.2012

Ошибка в тексте? Выделите и нажмите Ctrl+Enter!

Теги: Шахтер, Авдиил, Вестник, Ющенко, Иисус Неизвестный, Высоцкий, Куприн, Анаил, Велиар

Оставить комментарий

Комментарии:

Всего комментариев: 0
avatar